Online

Да не будет у тебя других богов

Да не будет у тебя других богов

0

Человек – творение Божье. Помня об этом, мы естественным образом согласны поклоняться Богу и служить Ему. Мы не просто согласны с тем, что это нужно. Мы хотим этого, испытывая благодарность за многие благости и милости Творца и Господина, испытывая восхищение и любовь по отношению к Нему, Единому и Единственному.  
В то же время человек – творение мятежное. Он хочет забыть про Творца и стать творцом себя и своего мира. Человек – это ходячая фабрика идолов. И вся история людей и народов – это история бесконечного идолопоклонства. Мы находим или создаем идолов взамен Бога, силясь обойтись без Него. И тогда рушится весь созданный Богом порядок. 
Вот почему первая заповедь – заподь против идолопоклонства. 
“Я Господь, Бог твой, Который вывел тебя из земли Египетской, из дома рабства; да не будет у тебя других богов пред лицом Моим. Не делай себя кумира и никакого изображения того, что на небе вверху, и что на земле внизу, и что в воде ниже земли; не поклоняйся им и не служи им, ибо Я Господь, Бог твой, Бог ревнитель” (Исх. 20:2-5).
Бог знает наш мятежный дух, поэтому начинает декалог с напоминания о Себе как ревнителе. Бог не только дал нам жизнь, но и спас нас, когда мы эту жизнь потеряли. Он вывел нас из рабства, и делал это не один раз. Он постоянно возится с нами, спасая из плохих ситуаций. Потому что не равнодушен к нам. И не может быть равнодушным к тому, что мы поклоняемся твари вместо Творца, предметам и людям вместо Бога. 
Идол – это то, чему мы поклоняемся вместо Бога. Мы “обожаем” определенных людей и определенных вещи. Не задумываясь, говорим: «Я обожаю». И уже сама эта фраза выдает в нас идолопоклонников.
Мы “обожаем” многое и многих – но они не боги и даже не божки, они не достойны нашего поклонения. Идолы ничего не дают, но зато забирают – время, силы, жертвы, кровь. Это унижение для человека, созданного Самим Богом – поклоняться жалким предметам. 
Они не способны нас спасти, не способны защитить даже себя. Князь Владимир во время крещения Руси изрубил и утопил всех идолов. Никто не спасся. 
Между спасающей верой в живого Бога и неподвижностью идолов – разительный контраст. Об этом хорошо пишет православный священник Георгий Максимов: “В «Повести временных лет» есть рассказ о том, как свергали в Киеве идол Перуна. Когда его выбросили в Днепр, несколько язычников долго бежали по берегу и кричали «Выдыбай, боже, выдыбай!» Такова была последняя мольба к Перуну на русской земле. Последние его сторонники не просили, чтобы он защитил их от христиан, – они просили, чтобы Перун защитил себя, чтобы явил чудо и при всех вытащил из воды свой поверженный идол. Действительно, было бы эффектно. Может быть, и христианизация Руси остановилась бы. Но ничего не произошло. Даже более того: когда волны наконец прибили идол к берегу, то бывший там мужичок, подойдя, отпихнул его обратно в реку со словами: «Ты, Перунище, досыта ел и пил, а теперь плыви прочь». Не только против княжеских воинов-христиан, но и против одного безоружного мужичка Перун оказался бессилен”.
Там, где обращаются к вере в живого Бога, мертвым идолам нет места. Но на место старых идолов приходят новые. На место деревянных или каменных истуканов приходят высокотехнологичные божки, почти живые и почти всемогущие.
Идолами могут быть как вещи, так и люди. Некоторые идолы очень живучи – они словно переодеваются в новые одежды и переходят из эпохи в эпоху.
Самые распространенные идолы – деньги и все, что можно за них купить. Как замечал циничный Макиавелли, “Люди скорее забудут смерть отца, чем потерю наследства”. 
Да, мы такие. Мы очень любим деньги. Забывая о других, вечных ценностях. Забывая о Боге, Который дает возможность работать и силы зарабатывать. 
Не знаю, почему так, но тугой кошелек значит для нас почти все. Почти. Но не все. Мы должны помнить о том, что выше, что больше.  
Я помню интервью Киры Муратовой: «Спрашивают иногда: „Вы любите деньги?“ Я всегда думаю: „Они что, идиоты?“ Конечно, люблю! Но не больше, чем искусство, а меньше». 
Так вот, вопрос не в том, любим ли мы деньги. Да, любим. Вопрос в другом – что мы любим больше. Что мы любим больше чем деньги? Идол — это то, что мы любим больше, чем Бога. Может мы любим не деньги, но искусство. Этот идол красивее, но все же идол.
Деньги – это еще нечего. Люди могут собирать деньги на вполне достойные цели. Бывает хуже – когда все усилия уходят на самые примитивные удовольствия. 
Апостол Павел пишет о таких: “Их бог – чрево, и слава их – в сраме, они мыслят о земном” (Фил. 3:19).
Вновь таки, я не говорю, что живот должен быть пустым, что о земном не стоит думать. Я о другом – что мы должны помнить и ценить высшее. Мы должны поклоняться только Богу. А деньги, искусство, пища и одежда, украшения и впечатления – ценности относительные. Они относительны относительно Бога. 
При всей нужде в деньгах мы должны сказать: моя жизнь принадлежит не им, но Богу. При всей любви к вещам, мы должны сказать: я буду жить и радоваться с ними или без них. При все приобретениях и потерях: “Господь дал, Господь и взял, да будет имя Господне благословенно” (Иов 1:21). 
Хорошо, вещи мы можем поставить на место. А как быть с людьми? Мы обожествляем и людей, причем находим этому вполне достойные оправдания. 
Я говорю не только о “звездах”, знаменитостях, вождях и “культовых” героях. Я говорю о более простых, повседневных ситуациях, когда мы делаем определенных людей мерой всех вещей. 
Я помню, как во всех фильмах, книгах, играх и драках моего детства все делились на “наших” и “не наших”. Очень просто. “Наши” и “не наши”.
Немцы были “не наши”. Не фашисты, не нацисты, а именно немцы. Т.е. все немцы – и тот, кто был за Гитлера, и тот, кто от него пострадал, — все были “не наши”.
А потом настал момент, когда “не нашими” стали ребята из соседнего района, и между “нашими” и “не нашими” разразились такие войны, что немцы отдыхали. 
Я почти позабыл эти деления. А теперь вновь вспомнил их. Когда у нас кричат: “Україна понад усе!” или “Бей гомосеков”. Понятно, что последние нам не нравятся. А ромы, а евреи? “Наши” предлагают очистить “нашу” землю от “не наших”. И что мы чувствуем? Где Бог во всем этом? С кем Он? Мы скажем: с нами, не с ними. Но так ли это? Люблю ли я Бога больше, чем свою родину, своего “кумира”,  свой “клан”, свою партию, свою традицию?
При всем патриотизме мы должны сказать: «Бог понад усе». При всей лояльности к президенту мы должны сказать: «Он нам не царь, тем более не Бог». При всей симпатии к великим: «Платон мне друг, но истина дороже».
Есть один важный вопрос, который задает нам Господь: «Любишь ли ты больше?».
Этот вопрос немного из другой истории, но о той же теме. Недавно на рукоположении наших лидеров его напомнил Григорий Иванович Комендант. Он не стал давать наставлений, лишь поставил этот вопрос, некогда прозвучавший к апостолу Петру.  
«Когда же они обедали, Иисус говорит Симону Петру: Симон Ионин! Любишь ли ты меня больше, нежели они? Петр говорит Ему: так, Господи, Ты знаешь, что я люблю Тебя. Иисус говорит ему: паси агнцев моих» (Иоан. 21:15). 
Господь хочет знать, любим ли мы Его больше. Больше чем других людей и больше чем другие люди. Больше наших страхов и больше других привязанностей. Господь хочет убедиться, что наша любовь к Нему сильнее всего прочего, мы будем не себе служить и не своим идолам, но Ему и Его овцам. 
Поэтому сегодня Он спрашивает меня: «Любишь ли ты меня больше?». Если да, то «Да не будет у тебя других богов».

Leave a Reply